Судьба человека

Я не умел без водки веселиться,
и с водкой веселиться не умел,
свидетельство тому - увы! - страницы
десятка мелких уголовных дел.

Бывало, выпьешь лишний килограммчик -
и хочется любви и жгучих нег,
и уж не видишь, девочка ли, мальчик -
с набрякшей шишкой прыгаешь на всех.

Сейчас за это называют "модный",
тогда же звали проще - "пидорас",
и от ментов за пыл свой благородный
я получал по почкам или в глаз.

Непросто было утром отбелиться,
доказывая свой консерватизм,
и на похмельных шлюх под смех милиции
я водружал свой пылкий организм.

Бывало, что художества иные
выписывал я с ночи до зари:
ларьки переворачивал пивные,
гасил камнями в парке фонари.

И каждого, кто смел тогда перечить,
грубил и не давал мне закурить,
пытался я немедля изувечить
иль просто в пятачину наварить.

За годы пьянства к жалкому итогу
привел я свой блестящий внешний вид:
нос сломан, приволакиваю ногу,
во рту один лишь верхний зуб торчит.

Я оглянулся - времена сменились,
дружки-пьянчуги сдохли все давно,
другие перед долларом склонились,
в конторах пашут и не пьют вино.

Я вставил себе зубы золотые,
пришёл в контору париться - и вот
вдруг выясняется, что все крутые
голдой давно не набивают рот.

А я-то бабки занял у соседей,
рубашку, дурень, с люрексом купил.
Во наломал весёленьких комедий!
Отстал от жизни - слишком долго пил.

Ну ничего - я жарю чебуреки
в том парке, где когда-то бушевал,
их смачно потребляют человеки,
и денег у меня теперь завал.

За зубы и за люрекс расплатился
и песенки весёлые пою.
Во как поднялся, как распетушился,
когда прогнал зелёную змею!